Руины цинкового: администрация Белово требует от банкрота снести аварийное здание
В октябре администрация Белово подала иск в Арбитражный суд Кемеровской области к банкротному Беловскому цинковому заводу с требованием снести полуразрушенное здание на территории предприятия и установить забор.
Пока чиновники и юристы перекладывают ответственность за безопасность на банкротном заводе друг на друга, любой подросток, решивший исследовать заброшку, или случайный прохожий рискуют оказаться под рухнувшей стеной. Администрация БГО, похоже, наконец заметила эту опасность и пошла в суд. Чиновники подали иск к ОАО "Беловский цинковый завод", требуя от банкротного предприятия оградить территорию, снести аварийную постройку (на схеме объектов она значится под номером 11) и убрать строительный мусор. Требования чёткие: по периметру сплошной забор не ниже 1,6 метра, на каждой стороне знаки "Проход запрещён". Срок - три месяца после вступления решения в силу.
В строгих формулировках ГОСТов и пунктов иска читается попытка хоть как-то защитить людей, закрыть дыру, через которую опасность пробирается в город. Но за сухими строками судебного документа скрывается горькая правда: защищать жителей некому. Завод давно в банкротстве, у него нет денег на демонтаж и ограждение. Земельный участок, на котором расположен завод, распоряжается муниципалитет, но он при этом не обязан по закону сносить чужие аварийные здания. Получается, ответственность рассыпается на части: администрация судится, конкурсный управляющий считает долги, а полуразрушенная стена стоит и ждёт своего часа.
История с землёй под Беловским цинковым заводом запутанная. Ещё в 1993 году распоряжением администрации Белово заводу на праве постоянного (бессрочного) пользования предоставили земельный участок под производственную площадку. Позже непонятно как ему присвоили кадастровый номер 42:21:0103005:84. Ключевая проблема была в том, что границы этого участка так и не установили в соответствии с требованиями закона. В кадастровых документах прямо фиксировали: сведения о местоположении границ отсутствуют. А без чётких координат участок не может полноценно участвовать в гражданском обороте, его нельзя законно продать, сдать в аренду или передать в собственность.
Для решения земельного вопроса завод предпринимал шаги. Например, в 2014 году БЦЗ обратился в Комитет по земельным ресурсам и муниципальному имуществу Белово с заявлением о предоставлении участка в собственность. В обоснование приложили документы: копии выписок из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним о переходе прав на объект недвижимого имущества, копия свидетельства о постоянном (бессрочном) пользовании земельным участком, копия кадастрового паспорта, копия решения от 17.11.1992 № 125 КУМИ Кемеровской области о преобразовании БЦЗ, копия межевого плана и иные документы. Но комитет отказал. Суд, рассматривавший дело (№ А27-1814/2015), поддержал отказ. Судья указал: спорный участок не мог быть объектом гражданских правоотношений, потому что не был сформирован. Дополнительно выяснилось, что из состава изначальной территории уже изымали части, которые передавали другим организациям, например, для строительства муниципальной котельной. Это ещё больше запутало ситуацию, ведь даже если бы границы когда-то определили, сейчас пришлось бы решать, как выделить из "размытой" массы именно ту часть, которая нужна заводу, не нарушив права третьих лиц.
Были и другие попытки. В 2017-2018 годах завод подавал заявления о предварительном согласовании предоставления участка и в этих спорах суд частично вставал на сторону предприятия, обязывая комитет рассмотреть заявления. Но фундаментальная проблема - отсутствие установленных границ - оставалась нерешённой.
Ситуация усугублялась тем, что параллельно возникали конфликты с другими лицами. Например, в рамках дела № А27-14682/2016 завод пытался установить границы, но Управление Росреестра указало: одна из границ участка БЦЗ пересекает границы уже оформленного в собственность муниципалитета земельного участка (там построили котельную). Это создало прямой правовой конфликт.
В итоге многолетняя история показала, пока границы не определены через межевание и не внесены в ЕГРН, любые попытки оформить землю в собственность или долгосрочную аренду обречены на провал. При этом неопределённость правового статуса участка стала одним из факторов, который осложнил и другие вопросы, например, обязанность завода провести рекультивацию нарушенных земель.
Напомним, несколько лет назад сам завод пытался взыскать с подрядчиков и властей больше 107 миллионов рублей на вывоз загрязнённого грунта и рекультивацию части территории. Тогда суд отказал, сославшись на сроки давности и недоказанность убытков. Контракт 2015 года закрыл лишь крошечный фрагмент проблемы - на 4,4 гектара из почти 60 га загрязненных. Проект большой рекультивации так и завис на полке, не пройдя федеральную экспертизу. А земля с кадастровой стоимостью больше 100 миллионов рублей осталась "ранее учтённой" без чётких границ, без хозяина, без плана спасения.
Теперь администрация снова пытается что-то сделать, но даже если суд встанет на её сторону, вопрос останется прежним: кто реально оплатит безопасность? У банкрота денег нет, а у города, судя по отсутствию заметных программ по консервации площадки, тоже не заложены средства на снос чужих руин. И пока они ищут, на чью строку бюджета повесить эти работы, промзона продолжает жить своей опасной жизнью.
Для жителей Белово территория банкротного завода - это реальная угроза рядом с их домами, которую годами не могут взять под контроль. И в связке "муниципалитет - банкрот" человек снова оказывается где‑то в конце списка приоритетов. Вопросы, когда вокруг опасной зоны появится настоящий забор, кто оплатит снос аварийной постройки и как город собирается гарантировать, что завтра эта стена не рухнет на кого‑нибудь из горожан, не должны быть риторическими. Потому что безопасность не должна зависеть от того, у кого в балансе остались деньги или кто первым подал иск.