Новости Кузбасса

Почему трейдеры Кузбасса в плюсе, а угольщики - в убытке

По итогам 2025 года всё отчётливей прослеживается парадоксальный тренд угольной отрасли Кузбасса : угледобывающие предприятия фиксируют резкое падение выручки и уход в убытки, тогда как некоторые угольные трейдеры показывают рост выручки и даже чистую прибыль. Почему так?
Начнём с цифр. Среди угледобывающих компаний ситуация выглядит удручающе. Например, АО "Шахта "Полосухинская" в 2025 году показало падение выручки на 54 % - до 3,1 млрд. руб., а чистая прибыль ушла в минус и составила -1,6 млрд. руб. (снижение на 144 %). АО "Угольная компания "Сила Сибири" потеряло 24 % выручки (5,5 млрд. руб.), а чистая прибыль сократилась на 70 %, оказавшись на уровне -2,9 млрд. руб. Ещё более драматичная картина у АО "Сибирская углепромышленная компания": выручка упала на 69 % (до 1,2 млрд. руб.), а убытки выросли на 1364 %, составив -1,4 млрд. руб. Похожие показатели и у других предприятий- шахт "Антоновская", "Листвяжная", разрезе "Тайлепский": везде падение выручки на 23-28 % и резкое ухудшение показателей чистой прибыли, зачастую с уходом в глубокий минус.
А вот у угольных трейдеров картина иная. ООО "Аркада" в 2025 году нарастило выручку на 6 % - до 119,6 млрд. руб., а чистая прибыль выросла на 15 %, достигнув 424,5 млн. руб. АО "Атриум" тоже отметилось ростом выручки на 34 % (до 112,6 млрд. руб.), хотя чистая прибыль здесь ушла в минус (-3,6 млрд. руб., снижение на 192 %), что тоже показательно: даже при убыточности компания смогла увеличить обороты. К слову, "Аркада" - детище угольной королевы Елены Дробина, которая только в июне 2023 года вышла из состава учредителей. И всё это на фоне падения объёмов угледобычи и стоимости топлива на мировых рынках.
Причина расхождения показателей кроется в разнице бизнес‑моделей и условий работы. Угледобытчики столкнулись с целым комплексом проблем: санкции вынудили переориентировать экспорт на Азию (Китай, Индию и др.), из‑за чего удлинились логистические цепочки и выросли затраты; пропускная способность Восточного полигона РЖД ограничена - уголь конкурирует за вагоны с другими грузами, возникают задержки; себестоимость добычи растёт из‑за удорожания перевозок, ГСМ, оборудования и запчастей (особенно тяжело старым шахтам); мировые цены на уголь в 2025 году снизились, и выручка уже не покрывает издержек. К этому добавились высокая кредитная нагрузка из‑за ключевой ставки ЦБ свыше 19 %, фискальное давление (отмена понижающих коэффициентов на ж/д тарифы, экспортные пошлины, изменения в налогообложении) и сокращение внутреннего спроса.
Трейдеры же работают в более выгодных условиях: они не связаны с добычей и не несут капитальных затрат на шахты и оборудование. Они закупают уголь у добытчиков по низким ценам (на фоне кризиса перепроизводства) и перепродают с наценкой, особенно в Азии, где спрос держится на высоком уровне. У них налажены связи с ж/д операторами и портами, что ускоряет отгрузку, а диверсификация рынков (Китай, Индия, Юго‑Восточная Азия, Ближний Восток) снижает зависимость от одного направления. Кроме того, трейдеры используют финансовые инструменты (хеджирование, форвардные контракты), чтобы фиксировать цены и снижать риски.
Но некоторые эксперты видят объяснение этому в другом: по их мнению, угольщики по договорённости с трейдерами продают сырьё почти по себестоимости или даже в убыток, а дальнейшая прибыль от перепродажи на зарубежных рынках делится между сторонами, но уже вне российской юрисдикции, через офшорные схемы. Такая практика позволяет формально показывать убытки на добывающих предприятиях (и снижать налоговую нагрузку), а реальную прибыль выводить и распределять в офшорах, минимизируя прозрачность и контроль со стороны государства.
Выходит картина маслом: уголь добывают с убытками, а продают с прибылью - и всё это в рамках одной отрасли. Получается, проблема не столько в экономике, сколько в том, кто именно и где эту прибыль в итоге считает.
Источник фото: "Среда 42".
2026-04-06 15:40 Новости Кузбасс Авторские статьи