Банкротство "Северного Кузбасса": есть ли шанс у работников получить долги по зарплате?
Сотни горняков без зарплаты уже несколько месяцев и уголовное дело против гендиректора. Ситуация вокруг угольной компании "Северный Кузбасс", активы которой расположены в Берёзовском, давно вышла за рамки обычного банкротства. Генеральный директор компании Станислав Лупий задержан, суд решит, какую меру пресечения ему избрать.
Следствие утверждает, что с февраля по сентябрь 2026 года у компании была возможность платить людям зарплаты и погашать накопленную задолженность, но выплаты не производились, в итоге долг перед сотрудниками превысил 650 млн рублей. При этом, по версии правоохранителей, руководство не отказывало себе в поощрениях, премии топ-менеджменту составили более 400 млн рублей. Ещё свыше 13,5 млн рублей были скрыты от погашения обязательных платежей, включая налоги.
Операцию по задержанию проводили при поддержке Росгвардии, в офисах и по месту жительства фигуранта прошли обыски, изъяты документы и электронные носители. Чтобы не допустить вывода активов, на имущество Лупия и компании наложен арест более чем на 300 млн рублей.
У бывших и нынешних работников шахт "Берёзовская" и "Первомайская", обогатительной фабрики "Северная" и других предприятий, входящих в "Северный Кузбасс", затеплилась надежда получить-таки кровно заработанные. Но кризис в компании возник не внезапно, первые проблемы с выплатами начались ещё в 2024 году. В июне 2026-го компания вошла в процедуру наблюдения, параллельно налоговая добивается признания банкротом самого Лупия, долг которого перед бюджетом составляет около 7 млн рублей.
Если смотреть на баланс компании на конец 2025 года, уже тогда ситуация была тревожной. Обязательства "Северного Кузбасса" превышали 24 миллиарда рублей - это долги перед банками, поставщиками, налоговой и сотрудниками, вместе взятые. При этом активы компании оценивались в 19,5 миллиарда. Но самое главное, почти все эти активы были не реальными деньгами, а тем, что продать быстро и дорого не получится. На счетах лежало всего 33 миллиона рублей, запасы угля и материалов тянули на 139 миллионов, долги других компаний перед "Северным Кузбассом" на 673 миллиона. Если сложить всё вместе, выходило около 845 миллионов рублей потенциально доступных средств. Этой суммы не хватило бы, чтобы закрыть даже самые срочные долги, не говоря уже обо всей гигантской сумме обязательств.
Спустя почти год положение стало только хуже. Деньги на счетах "проели", уголь наверняка продан и тоже "съеден" срочными платежами, долги, которые должны были вернуть самой компании, взыскать удаётся далеко не всегда, ведь кто-то из должников сам оказался на грани банкротства, кто-то оспаривает поставки. А долги по зарплатам тем, кто остался тянуть лямку на шахтах, росли, как и налоговые, и иные обязательные платежи, как и неоплаченные счета контрагентов.
Теперь судьба долгов перед работниками "Северного Кузбасса" полностью зависит от того, как устроена очередность выплат при банкротстве. Первыми в списке стоят люди, которым компания причинила вред жизни или здоровью. Если человеку положены регулярные выплаты, например, из‑за утраты трудоспособности, их рассчитывают и стараются выплатить единовременно.
Во второй очереди - долги по зарплате, отпускным и выходным пособиям. При этом есть важный нюанс: зарплата, которая начисляется уже после того, как суд принял заявление о банкротстве, вообще не ждёт своей очереди, её платят вне очереди, за счёт текущих поступлений и имущества. Это сделано специально, чтобы люди не оставались совсем без денег, пока тянется процедура.
Дальше идёт третья очередь, в которую включают большую часть долгов перед налоговой, банками и поставщиками, если эти долги возникли до начала банкротства. К примеру, старые недоимки по налогам попадают сюда. При этом не все налоговые платежи равны. Удержанный с зарплат НДФЛ и страховые взносы на пенсионное страхование, если они относятся к периоду после начала дела о банкротстве, идут во вторую очередь текущих платежей, почти наравне с самой зарплатой. А вот остальные налоги, а также пени и штрафы, начисленные уже в ходе банкротства, оказываются в пятой очереди текущих платежей и их закрывают позже всех.
В ситуации с "Северным Кузбассом" это значит, что требования работников имеют реальный приоритет, но он не гарантирует полного возврата долга. Но есть факторы, которые могут добавить денег именно на выплаты работникам. Следствие установило, что при наличии долгов по зарплате часть средств направлялась на другие цели, в том числе на премии и расчёты с отдельными контрагентами. Если эти сделки удастся оспорить в рамках банкротства, деньги вернутся в общую массу и пойдут на погашение долгов, в том числе перед сотрудниками. Кроме того, на активы компании и имущество руководства наложен арест на сумму свыше 300 миллионов рублей и эти средства тоже потенциально могут быть направлены на выплаты.
Очередной виток кризиса в угольной отрасли обернулся для Кузбасса ещё одним громким банкротством. Ситуация на "Северном Кузбассе" во многом перекликается с историей угольной компании "Заречная" из Полысаево, чьё банкротство в своё время тоже сопровождалось многомиллионными долгами перед коллективом и кредиторами. Активы и производственные мощности в итоге перешли новому собственнику. УК "Сила Сибири" сохранила часть добычи и рабочих мест, на вот кредиторы в рамках банкротства получили выплаты лишь частично. Сегодня "Сила Сибири" продолжает работать, балансируя между поддержанием добычи и реструктуризацией уже накопленных обязательств. И этот опыт показывает, что даже при сохранении производства полностью нивелировать последствия масштабного банкротства практически невозможно.