Общественная группа «Чистые реки Кузбасса и Сибири» прямо говорит: разговоры о чистом воздухе пока не соответствуют реальности. Люди недовольны тем, что не видят открытых данных о загрязнении воздуха и воды, хотя в соседних регионах, например в Красноярском крае, такую информацию публикуют регулярно.
Активисты указывают на конкретные проблемы: осенью власти уже закупили передвижную лабораторию на базе «Газели», но она, по их словам, куда‑то пропала и фактически не работает. Из‑за этого жители не могут получить актуальные цифры, к примеру, узнать уровень загрязнения воздуха или понять, почему реки становятся «жёлтыми». Также активисты критикуют работу чиновников: вместо реальных действий внимание уделяется в основном активности в соцсетях.
Ситуация с экологией в регионе действительно непростая. Кузбасс - крупный промышленный центр, где много угольных разрезов, металлургических и химических предприятий. Они расположены часто прямо рядом с городами, и это напрямую влияет на окружающую среду. Согласно данным мониторинга специалистов Кемеровского гидрометцентра, воздух региона то и дело загрязнен угольной пылью, бенз(а)пиреном, формальдегидом, оксидом углерода, диоксидом азота и мелкими взвешенными частицами.
Реки же принимают стоки от шахт, промышленных предприятий и населённых пунктов - например, река Аба считается одной из самых загрязнённых, так как собирает стоки сразу от нескольких городов (Киселёвска, Прокопьевска, части Новокузнецка). Также после добычи угля остаются нарушенные земли: пустоты в грунте могут вызывать проседание почвы, повреждать дороги и фундаменты зданий. При этом, по оценкам специалистов, на каждого жителя Кузбасса ежегодно приходится около 584 кг опасных веществ (не считая газов, в том числе радиоактивных), однако эта цифра растёт вместе с объёмами угледобычи
Для сравнения: в Красноярском крае за период с 15 по 21 марта 2026 года передвижная лаборатория совершила 15 выездов, отобрала тысячи проб и зафиксировала отдельные превышения ПДК (например, по формальдегиду - до 3,83 ПДКсс, по бенз(а)пирену - до 1,3 ПДКсс). При этом данные открыто публикуются, и люди видят реальную картину. В Кузбассе же подобной прозрачности нет, и это усиливает ощущение, что проблемы замалчиваются.
Почему так происходит? Во многом из‑за того, что экономика региона сильно зависит от угольной отрасли: она даёт рабочие места и налоги. Именно поэтому любые жёсткие экологические ограничения воспринимаются как угроза стабильности.
В истории человечества прогресс нередко шёл рука об руку с экологическим ущербом, чему Кузбасс становится ярким примером. Но разве достаток, построенный на здоровье людей и природе, может быть истинным благом? По всей видимости, власти и бизнесмены ставят временные экономические выгоды выше здоровья местных жителей и экологии.