Город-яма: Киселёвск пытается доказать, что задыхается, а власти делают вид, что не слышат

Киселёвск - город, в котором восемь угольных разрезов работают в черте населённого пункта. Не ЗА городом, не в промышленной зоне - В ГОРОДЕ. Взрывы сотрясают дома. Угольная пыль оседает на детские коляски и огороды. Чёрный снег здесь - будни, а не сенсация.

Группа киселевчан, дома которых расположены в непосредственной близости к действующим разрезам, решила выяснить, как угледобыча влияет на атмосферу, воду, почву и, в конечном итоге, на их здоровье. С просьбой провести комплексное исследование они обратились в Росприроднадзор - и вот что из этого вышло.

Три угольных разреза - "Участок Коксовый", "Краснобродский" и бывший "Разрез Тайбинский" - ведут добычу открытым способом с буровзрывными работами в прямой видимости от жилых домов. Каждый взрыв поднимает облако мелкодисперсной пыли. По данным самого Роспотребнадзора, удельная активность природных радионуклидов в угле - 129 Бк/кг, в породе - 322 Бк/кг. Кузнецкие угли и вскрышные породы содержат десятки химических элементов, от свинца и мышьяка до ртути и таллия. Подвижные формы тяжёлых металлов в породах области превышают ПДК в 2-8 раз. Конкретно Киселёвск находится в зоне с подтверждённой радоноопасностью. Период полураспада радия-226 1600 лет, тора-232 - 14 миллиардов. Это не кратковременное воздействие, это на всю жизнь. И не одного поколения.

Жители требуют одного: провести комплексные исследования. Проверить уголь, породу, почву их участков, воду и установить, есть ли реальная угроза их здоровью и жизням или её нет.

После коллективного обращения жителей в Управление Роспотребнадзора по Кемеровской области, из ведомства ответили: "Исследование угля и горных пород не относится к полномочиям Роспотребнадзора и выходит за рамки его компетенции". Далее формальная отписка: мониторинг проводится на границе санитарно-защитной зоны, превышений не выявлено. "В вашем обращении отсутствуют факты непосредственной угрозы причинения вреда жизни и тяжкого вреда здоровью".

Вывод был сделан ДО проверки, а НЕ ПОСЛЕ неё. Круг замкнулся: чтобы провести проверку, нужно доказать угрозу. Чтобы доказать угрозу, нужно провести проверку.

Поняв, что административный путь закрыт, жители обратились в правоохранительные органы. Логика была простой: судебная экспертиза в рамках уголовного дела - единственный законный способ получить ответ. Уголовное дело по признакам халатности должностных лиц администрации Киселёвска и Роспотребнадзора было возбуждено ещё в ноябре 2023 года. Почти три года прошло, но виновные не только не привлечены, они даже не допрошены.

Параллельно жители ходатайствовали о назначении судебной радио-химической экспертизы образцов угля и пород, изъятых с мест добычи, с участием заявителей. Следователь СК отказал. Жители подали жалобу руководителю отдела - вновь отказ. Подали пять коллективных жалоб руководителю регионального следственного управления - ни одна не рассмотрена надлежащим образом. Вместо постановлений, как требует УПК, пришло письмо от и.о. заместителя. Три уровня следственного аппарата - следователь, руководитель отдела, руководитель управления - последовательно уклоняются от единственного действия, которое может дать ответ.

Почему без экспертизы невозможно решение? Следователь - юрист, а не радиолог. Он не может визуально определить, представляет ли угольная пыль с радионуклидами угрозу. Для этого существуют эксперты с лабораториями и методиками.

Без экспертизы следователь не может установить, есть ли в угле и породе радионуклиды в опасных концентрациях, попадают ли они в почву, воду и воздух жилой зоны и следовало ли должностным лицам принимать меры, которые они не приняли. Без этого нельзя сделать обоснованный вывод, есть халатность или нет. А без обоснованного вывода любое постановление об отказе незаконно. Что уже однажды подтвердилось: предыдущий отказ был отменён как необоснованный. Но неполнота не устранена и ходатайства об экспертизе игнорируются. Замкнутый круг, в котором система вращается, не приближаясь к ответу. А люди живут между разрезами.

Жители обратились к председателю Следственного комитета РФ Александру Бастрыкину. Это последний уровень в системе. Жалоба описывает всю цепочку: Роспотребнадзор отказался исследовать уголь - следователь отказал в экспертизе - руководитель отдела отказал в жалобе - пять жалоб руководителю регионального СУ не рассмотрены - уголовное дело висит три года. Единственный оставшийся способ установить истину - судебная экспертиза по УПК - последовательно отвергается каждым уровнем следствия.

Жители не требуют закрыть разрезы. Не требуют компенсаций. Они требуют одно процессуальное действие: назначить экспертизу. Всё остальное зависит от её результатов. Но результаты невозможны без экспертизы, а экспертиза невозможна, пока каждое должностное лицо в цепочке предпочитает не видеть проблему.

Киселёвск - это город, в котором проживает 85 тысяч человек. За двадцать лет его население сократилось в полтора раза - наверно, не от хорошей жизни. При этом город не входит в федеральный проект "Чистый воздух", хотя в нём 41 населённый пункт, некоторые в четыре раза меньше Киселёвска. Люди не могут продать дома, ведь они почти ничего не стоят рядом с разрезами. Не могут доказать угрозу - потому что экспертизу не назначают.

Следующий шаг, если обращение к Бастрыкину не сработает, - суд по ст. 125 УПК РФ. Киселёвский городской суд вправе признать бездействие следствия незаконным и обязать назначить экспертизу. Параллельно - жалоба в прокуратуру по факту нарушения разумных сроков и обращение к Уполномоченному по правам человека.

Люди между разрезами просят измерить то, чем они дышат, что едят и из чего пьют. Это право, гарантированное статьёй 42 Конституции РФ - право на благоприятную окружающую среду и достоверную информацию о её состоянии.

Источник фото: соцсети.

2026-09-01 10:15 Новости Кузбасс Авторские статьи