В Кузбассе порядка ста тысяч гектаров нарушенных земель. Это 137 тысяч футбольных полей. Каждый год к ним добавляются новые гектары испорченной почвы, отравленных рек и горящих отвалов. А штрафы за всё это остаются такими, что нарушителю проще оплатить их, чем строить очистные сооружения или проводить рекультивацию.
В Кузбассе экологическая система наказания, которая должна работать по принципу "нарушитель платит", на практике превратилась в абонентскую плату за право загрязнять. По данным доклада Министерства экологии Кузбасса, опубликованного в апреле 2026 года, в регионе накоплено более 12,3 миллиардов тонн отходов всех классов опасности. Львиная доля - вскрышные породы и шламы от угледобычи. Площадь нарушенных земель по итогам 2025 года составила около 98 тысяч гектаров.
При этом динамика неоднозначная. С одной стороны, темпы рекультивации растут. За первые пять месяцев текущего года восстановлено порядка 420 гектаров, на 18% больше, чем за аналогичный период прошлого года. За весь 2025 год рекультивировано более 2 тысяч гектаров, что примерно на уровне 2024-го. С другой - объёмы ежегодно нарушаемых земель всё ещё опережают темпы восстановления. Председатель правительства региона Андрей Панов связывает это с кризисом угольной отрасли: в 2024 году убытки углепрома составили 112,6 миллиарда рублей, 51 предприятие закрыто или на грани закрытия. Компании борются за выживание и рекультивация уходит на второй план.
Но и штрафы за нарушения мизерные. Самый показательный случай - дело ООО "Шахтоуправление "Майское", входящее в ХК "СДС-Уголь". В сентябре 2025 года Россельхознадзор обнаружил в Прокопьевском округе участок площадью почти 28,6 тысячи квадратных метров, около трёх гектаров, на котором компания не провела работы по ликвидации вреда почвам, рекультивации и восстановлению плодородия. В октябре проверка подтвердила: ничего не сделано. В январе текущего года суд назначил штраф - 50 тысяч рублей, около 16 700 рублей за гектар. Для сравнения: один футбольный мяч стоит от 5 до 15 тысяч. То есть за гектар отравленной земли штраф - примерно как за полтора футбольных мяча.
В прошлом же году Сибирское межрегиональное управление Россельхознадзора оштрафовало АО "Сибирская углепромышленная компания" на 400 тысяч рублей за нарушения земель при строительстве дороги в Новокузнецком районе. Сотни метров развороченных лесов и полей, уничтоженный холм Бабий пуп - и за вот это всё копеечный штраф.
Но ведь штрафы такого размера несопоставимы не только с ущербом, но и с расходами на устранение. Поэтому эксперты бьют тревогу: сейчас сложилась ситуация, при которой компаниям-загрязнителям выгоднее периодически платить штрафы, так как очистные технологические решения стоят на порядки дороже
Бывают исключения из правил. В марте 2026 года Чебулинский районный суд обязал золотодобывающее ООО "Покровка" выплатить 101 миллион рублей за загрязнение рек Покровка и Николка неочищенными сточными водами. Ущерб реке Покровке оценили в 97,3 миллиона, реке Николка - в 3,7 миллиона. Это решение выглядит как победа, но это редкое исключение.
Учёные Кузбасса разрабатывают природоподобные технологии рекультивации и восстанавливают не просто растительность, а целые экосистемы, многовидовые лесные и лугово-степные сообщества. На экополигоне разреза "Распадский" под Междуреченском на четырёх гектарах высадили шесть тысяч саженцев тринадцати видов деревьев. На Кедровском разрезе создан экспериментальный полигон с хвойными и лиственными культурами. С 2026 года введены новые ГОСТы, позволяющие внедрять природоподобные технологии в производство.
Но, как отмечают сами учёные, на рекультивацию всех нарушенных земель Кузбасса при текущих темпах потребуется 120 лет. А без адекватного финансирования природоподобные технологии рискуют остаться нормативными актами на бумаге.
Экологический бюджет Кузбасса в прошлом году составил 13,6 миллиардов рублей, регион вошёл в топ-10 по инвестициям бизнеса в экологию. Из доклада Минэкологии за 2025 год: на защиту и экологическую реабилитацию земель, поверхностных и подземных водных объектов направлено всего 641,9 миллиона рублей, то есть 4,7% всех экологических инвестиций. Для сравнения: на охрану атмосферного воздуха 8 миллиардов.
Подчеркнём, на восстановление земель и водных объектов - менее 5% экологических расходов. При этом эксперт Госдумы по энергетике Андрей Калачев ещё в 2024 году на экологическом форуме в Кузбассе сформулировал принцип, который пока не работает: экологические штрафы должны быть выше стоимости ликвидации ущерба, а платежи за выбросы - выше расходов на их утилизацию. Пока всё наоборот.
Штрафы за экологические нарушения в Кузбассе настолько малы в сравнении с реальным ущербом и стоимостью его устранения, что работают не как наказание, а, по сути, как лицензия на загрязнение. Редкие крупные решения судов, вроде 101 миллиона для "Покровки", тонут в массе дел, где штраф составляет 50 тысяч за три гектара отравленной земли. Выходит, система устроена так, что нарушать - выгодно.